Матфей Мормыль
о.Матфей Мормыль - легендарная личность. По сути, это самый известный регент-монах второй половины 20-го века, аранжировщик хоровых партитур и композитор. Возглавляемый им хор Троицко-Сергиевской лавры гремел (да и сейчас гремит, хотя о. Матфей уже отошел ко Господу) на всю Россию и зарубежье. Известный своим мягким, но и могучим звучанием, хор Матфея Мормыля сразу покорял сердца даже неверующих людей, зашедших в храм на экскурсию.

Однажды я был в Лавре на службе у о. Матфея. Как же это было прекрасно. Дело в том, что студийная запись (любая) сглаживает масштаб. После студийной гребенки у любого хора прекрасная прическа - все поют мягко, молитвенно, трогательно и лишь уж совсем запущенные случаи не может спасти даже студия. Но вживую - ты начинаешь чувствовать и мощь и сам музыкальный нерв хора. Видишь самих поющих семинаристов, излучающих могучую энергетику юности и красоты.

Древние стены собора начинают мягко дрожать от мужского хора. Причем я сначала не сразу и сообразил, что хор мужской. Настолько нежные и высокие в хоре были тенора. И лишь потом я осознал, что передо мной - настоящее уникальное явление!

Нет, конечно, я очень люблю и смешанные хора. Но тут было очень интересное сочетание мощи и мягкости. Как часто бывает, что смешанный хор вынужден буквально орать, чтобы перебить легкий шум в храме от заходящих паломников, ставящих свечи, что-то спрашивающих. Но этот мужской хор бархатно перекрывал любой посторонний шум, не вызывая при этом ощущения крика или надрыва в звучании.

И если хор проще всего просто послушать...



...то про о Матфея Мормыля очень интересно и почитать. Потому что это еще и очень интересный человек. По его собственному признанию, ходить в церковь начал рано и церковь просто любил. Первой церковью о. Матфея, в которой он начал пономарить, был небольшой молельный домик в станице Архонской, недалеко от Владикавказа.

Я в одной из своих статей рассказывал о том, какими удивительными могут быть эти молельные домики, особенно пришедшие к нам из тех, еще советских времен. Полные горячего молитвенного тепла от постоянного исповедничества приходящих в него (а ведь в те времена как еще можно назвать людей, которые решились помолиться вместе? Только исповедниками и назовешь), эти места были и по-деревенски уютными, и несли в себе дух какой-то особо благородной соборности. Что-то отдающее древними катакомбами первых христиан есть во всех подобных местах.

Как понятно из названия населенного пункта, станица населялась казаками, которые были переселены из Белоруссии на Терек. Естественно, казачья культура вся насквозь пронизана верой, органично вписанной в быт и жизнь. Люди жили и молились и не мыслили себя без годичного круга богослужений. Наверное, эта любовь к Богу передалась и юному будущему регенту вся России.

Из воспоминаний о. Матфея, идейная обстановка в те времена не смотря на гонения была удивительной. Люди очень любили приходить в эти маленькие молельные церквушки и помолиться, и помянуть своих живых и умерших родственников. Сорокоусты и молитвы за усопших лились рекой. Что же удивляться, что мальчик вырос в этой обстановке и получил большой заряд любви к Богу!

{От Дмитрия Сиверс. Мне больно, что в настоящее время мы часто забываем молиться за усопших. Я считаю, что каждый певчий просто обязан заказывать на год (это дешевле) сорокоуст за своих и родителей, и бабушек-дедушек. Это просто минимум, что мы должны делать!}

Родители о. Матфея тоже были верующими казаками, носителями традиционного казачьего духа. А дедушка о. Матфея по отцу и вовсе был взят на строительство "Беломорканала", откуда не вернулся, став по сути исповедником веры Христовой. Из воспоминаний о. Матфея, дедушка был очень религиозным человеком, членом приходского ядра церкви. А дедушка по линии матери был расстрелян 22 сентября 37 года. Был носителем очень красивого голоса и его пение до сих пор вспоминают старожилы. А бабушки о. Матфея, с его же слов, сделали все, чтобы поддержать веру и религиозный дух в семье.

Эх, говорил мне мой отец, что от святых рождаются святые. А я сомневался, мол "у каждого должен быть шанс". У каждого то у каждого, но в самом деле за каждой великой судьбой стоят великие предки. За возникновением великого регента стояли удивительные люди - исповедники и мученики, прекрасные певцы!

Все мужчины (отец будущего о. Матфея, и его дядя) ушли на фронт в ВОВ и не вернулись. Это вызвало очень много слез у матери и тети. Времена были нелегкими и потери были в каждой семье. Мы в наши относительно спокойные времена с трудом можем понять ужас войны с ее потерями и лишениями. Но о. Матфей прошел и через такой опыт ранней потери, вознося молитвы и подавая в алтаре записки за погибших близких. Благо, у юного пономаря была такая возможность. Поистине удивляешься в такие моменты промыслительной силе Господа, спасающей и облагораживающей род через молитвенников. Ведь кто бы из нас отказался иметь в семье ребенка, который станет молитвенником за твою душу и монахом, предстоящим перед Господом.

Как говорит сам о. Матфей, лишь возможность молитвенного поминания умерших близких позволила матери о. Матфея хоть как-то перенести горе - потерять всех мужчин в семье. Но - ответственность - это благородный крест. И именно необходимость молиться и сама возможность для молитвы давали силы жить и действовать дальше, не роняя своего тяжкого женского креста.

О. Матфей помнил и ужасы войны, хотя и был еще мальчишкой. Помнит, как его бабушка ночью пускала обездоленных переночевать. И покормит и напоит и спать уложит. Вот такие вот удивительные люди были родными нашего дорогого о. Матфея.

Есть у о. Матфея и добрые, светлые воспоминания - подготовка к крупным церковным праздникам. Я и сам помню, какая это радость - Рождество и Пасха в чистом детском сознании ребенка, но надо понимать, что в наши дни эти праздники у детишек потускнели. Телевизор и компьютер отняли у нас живое трепетное сказочное чувство. Постоянный перебор впечатлений нивелирует само ощущение праздника.

А у тех детей и у о. Матфея, героя нашего сегодняшнего повествования, эти праздники были наполнены сокровенным смыслом, без высокого богословия, но - в теплом семейном единстве. Мать пела на клиросе очень хорошим вторым альтом (и даже пела мужского тенора) и в доме звучали и колядки и рождественский и пасхальный каноны.

Не тогда и зародилась у будущей легенды любовь к церковной музыке?

Ведь по словам самого о. Матфея, он был буквально избалован хорошей церковной музыкой. А его мама пропела на клиросе до самой смерти, незадолго до своего отхода ко Господу в последний раз одна спев в Великий пост "Да исправится молитва моя". Ну разве это не удивительно? Наверное, это мечта певчего - в последний раз спеть службу и мирно отойти к Тому, Кому ты пел всю свою жизнь.

Но продолжим наше повествование. О. Матфей после окончания школы попытался поступить в семинарию, но сразу не смог, так как ему было всего 17 лет (принимали только совершеннолетних). Через о. Матфей успешно поступил и сразу был назначен псаломщиком при храме, что сразу помогло юноше освоить круг богослужения. Уже тогда Господь знал своего избранника и вел его по его удивительному регентскому пути.

О. Матфей очень тепло отзывается и о своих семинарских преподавателях и о тех людях, что наполняли храмы. Это был по настоящему дух истинно православной веры. Битком забитые храмы, яблоку негде упасть и ведь люди стояли! Иной раз с болью смотришь на наши полупустые в воскресный день храмы. А какие были тогда великие учителя, какой высокой духовной жизни были профессора в духовной академии!

Через несколько лет юный семинарист Лев (светское имя до пострига) поступил в монастырь и принял постриг с именем Матфей. В каком-то смысле это самое событие было предсказано будущему монаху, а пока еще семинаристу прозорливым старцем на исповеди, что он примет постриг на святителя Николая. Так все и произошло. И как бы становится ясно - не простая, совсем не рядовая судьба ожидала молодого монаха, ведь Господь уготовил ему столь красивое и благородное послушание.

Я уже писал о том, что и регентом о. Матфей был удивительным. Прежде всего, он был очень строг. На службе становился настоящем зверем, яростно требующим высокой планки качества. На спевке был очень въедлив и мог по полчаса разучивать партию всего с одним семинаристом, заставляя весь хор сидеть и слушать. Поскольку у о. Матфея были слегка косые глаза, было очень трудно понять, на кого он смотрит в данный момент и с ужасом обнаружить, что он зовет именно тебя.

О том, как проходили спевки этим интереснейшим человеком можно прочитать здесь

Я же призываю почтить память этой легендарной личности. И лучше сделать это не словом, а делом. Уважаете? Отдайте дань уважения, заказав сорокоуст за упокой о. Матфея в вашем храме. Небесных друзей певчий должен стяжать уже сегодня. И как же здорово заручиться поддержкой такого небесного друга, как один из самых легендарных регентов современности!

Соборная молитва по соглашению "Доброуст". Поссорились с регентом/настоятелем? Помирим!