- Ваше имя?
- Дмитрий Сиверс.

- Род занятий?
- Певчий, пою на клиросе, пишу статьи в интернете для сайта "ПроКлирос".

- Певчий? Не регент?
- Не регент. Хотя службы веду. Иногда таких певчих называют "регентами на подхвате" или "вторыми" регентами. Но мне ближе просто "певчий". Может быть, таким образом я мысленно снимаю с себя груз регентской ответственности.

- Сколько лет на клиросе?
- На момент опроса - 12 лет.


- Работа нравится?
- Я не люблю называть пение на клиросе работой. Это "служение". Для "работы" - у нас нет отпусков, у нас нет пенсии, у нас нет соц. пакета, наша зарплата - скорее стимулирующая, чем позволяющая на нее прожить. Да и мотивы у этой работы озарены неземным упованием. Хочется сказать Богу через тяжелые условия труда, что мы, вот такие сложные, грешные, изломанные - все-таки Его любим.

- Как пришли на клирос? Сердце позвало?
- Нет. Желудок. Позвал опытный певчий, переезжающий в другой город и отдающий свою вакансию. Позвал, чтобы я, голодный студент первого курса, мог заработать пару копеек на хлеб и скромный студенческий ужин. Духовные вопросы меня тогда занимали мало. Только размер оплаты труда и количество крестиков в табеле.

- И не смотря на низкий размер оплаты все же остались на клиросе?
- В те времена (90-е годы) платили лучше. Но подкупило не это. Ощущение, когда твой слабый непоставленный певческий голос вдруг занимал свое место в дивной красоты сложном аккорде трудно описать словами. Это - эйфория. Ты поешь одну ноту, но рядом с тобой стоит еще 15 человек. И как будто в воздухе выстраивается мощный могучий собор из разных звуков, и тебе принадлежит целый этаж.

- Что не понравилось на клиросе вот с первых же минут?
- Во первых, неподвижность в изолированном тесном пространстве. Во вторых, к специфическому музыкальному юмору коллег пришлось долго привыкать. Сочетание доброй иронии и стеба, эдакое похлопывание словами по плечу от старших коллег. Наверное, резкий шок вызвала характерная для православия елейность, это когда кажется, что встретил ангела, но он может с этой же улыбкой сделать тебе плохо, отказать, как-либо оскорбить. И все с доброй улыбкой ангела. Это то, что шокировало с первых минут.

- А что понравилось?
- Ощущение наполненности чем-то невысказанно-теплым и прекрасным после службы. Это когда идешь домой с чувством, что ты сделал нечто важное и тебя как будто обнимает солнце. Это уже потом стало ясно, что это та самая "благодать певчих", благодарность Бога за труды. Ну и описанные выше ощущения от красивой программы, когда возникает уникальное ощущение единства сердец, собранных за круглым столом, но не короля Артура, а чудного произведения великого автора.

- С регентами проблемы были?
- Я их боялся до ужаса. Робко разевал рот, как рыба, но голос был тихим-претихим. А боялся их, так как ужасался услышать "ты нас не устраиваешь, до свидания". Поэтому для меня любое замечание было как пилкой по стеклу. Я боялся, что я разочарую людей и от меня избавятся.

- И как? Страхи оправдались?
- Отчасти. Меня перевели из крупного собора в храм поменьше. Там и программа была попроще и состав компактнее. Было ощущение перевода с крупного линейного линкора флота ее королевского величества на пиратскую шхуну. Но мне этот перевод пошел на пользу. Меня бросили в омут и сказали "плыви". Я барахтался, но в итоге - поплыл. И проработал в этом храме долгие 8 лет.

- А с настоятелями проблемы были?
- Да. Куда большие, чем с регентами. Я по молодости был очень строптив. Был искренне уверен, что это певчие делают храму отдолжение. Ходил гусем по приходу. Если что не устраивало, мог уволиться. Правда, потом возвращался. Конечно, и у настоятелей были более чем обидные перегибы. Лицемерия всегда было много. Но для молодого сознания, молодого юноши, жаждущего справедливости, любой факт двойных стандартов был мучителен. Это уже спустя долгие годы я научился с этим жить.

- Так, так... интересно. И сколько раз уходил?
- Много. После 10-го раза сбился со счету. Голод и тоска без пения сводили с ума. Отдыхал от храма и его проблем и как побитый пес приползал с просьбой вернуть меня.

- Как именно обижали настоятели?
- Есть естественные требования, на которые обижаться глупо. Например, требования по репертуару, по структуре службы. А бывают распоряжения, призванные унизить. Например, "не кормить певчих в трапезной". Или когда матушка настоятеля может ворваться во время службы на клирос и заламывая руки, завывать "Господи, что вы поете??!! Вы попадете в ад за такое пение". В принципе, все обидное поведение настоятелей можно описать банальным словом "бестактность", "хамство".

- А как же смирение?
- Смиренным не рождаешься. Это результат, конечная точка пути. Дай Бог, чтобы к концу жизненного пути я хотя бы отчасти стяжал смирение. Но в молодости, в юношестве, когда так остро воспринимаешь любую несправедливость, о смирении думать трудно, ибо горячая кровь кипит как вулкан. Многие певчие молоды и им трудно стать бесстрастными, как старый схимник. Да и в старости (если только не стяжать святость, что как то уж совсем маловероятно) будешь реагировать на откровенную грубость и деспотизм с болью. Мы же живые. Поэтому мы будем переживать, если нам будут грубить или помыкать. Хочется соработничества Богу, братского единства (с соблюдением всей иерархии), а не роли половой тряпки. По крайней мере, пока я думаю так. Может, если обрету смирение, мои мысли будут другими.

- А в промысел Божий верите?
- Верю. Более того, часто вижу его в своей жизни. Но я понимаю и то, что Бог дает нам свободу, потому что в свободе мы раскрываем свой потенциал лучше всего. Любая несвобода вносит в отношения фальшь, а Господь очень ценит сердца, которые пламенеют в терниях и трудностях нашей жизни. И увы, любая свобода означает и то, что мы можем ошибаться, неверно понимать подсказки промысла. Мы можем даже противоречить промыслу Бога о нас. Наверное, радость клиросного служения в том, что "тут все ясно". Бог дал возможность угождать Себе через пение. Значит, доверился тебе. И доверил, чтобы ты разжигал сердца прихожан на молитву, доверил своих сыновей. Это грандиозный акт доверия. За такое хочется отдать всего себя этому делу.

- Вы упомянули, что не могли долго без клироса. Начиналась тоска без пения. Что за тоска без пения?
- В храме ты сталкиваешься с уникальным явлением. Это когда в пении ты отдаешь Богу сердце. Протягиваешь его на ладонях к небесам. И взамен получаешь невидимый, милостивый взгляд Бога. Ты испытываешь моменты, ради которых стоит жить - моменты невероятной чистоты, возвышенности, и одновременно глубины переживаний. И это - не переживания поэта, декламирующего высокий стих. Это - переживания на двоих. Ты - чувствуешь Бога и твои переживания на клиросе, они - переживания двух сердец, твоих и Бога. Это взаимная, глубокая как океан, любовь. Если Мария Магдалина могла облобызать стопы Господа, ты лишен возможности осязать Его. Твой благоговейный поцелуй подножия трона Христа - трепетно спетая служба. Если ты не поешь на клиросе, ушел, ты как будто онемел, у тебя отняли губы, чтобы целовать небо. Как будто ты утратил наилучший способ заявить о своей любви, как будто ты духовно охрип.

- Разве может быть певческая благодать, священническая благодать, благодать мирян?
- Благодать, по моему мнению, одна. А вот способы докричаться до неба, чтобы услышали, чтобы преклонились, чтобы милостиво взглянули - разные. У певчего есть превосходный способ достичь искренней и пламенной молитвы. Ему помогает музыка песнопения и сам процесс ее творчества. Да и опыт ангельского пения показывает, что опытным путем эти существа выяснили, что радостнее всего именно воспевать Бога (а не декламировать Ему стихи, например). Поэтому пение - один из наиболее эффективных способов быть услышанным.

- Вас считают и бездуховным и напротив, маяком для многих певчих. Почему мнения столь разнятся?
- Невозможно в одной статье описать все аспекты клиросного служения. Я сторонник трезвомыслия. Трезвый взгляд на мир позволяет сохранить жажду служения даже в условиях современного богоборческого мира, потому что перестаешь идеализировать людей. А это означает и то, что в одни статьях я (совершенно искреннее) призываю не идеализировать ни священников, ни прихожан, на самих себя, а в других статьях (столь же искренне) воспеваю величие клиросного служения. В итоге одна сторона считает меня ПГМ-носителем, верующим с перекосами в фанатизм, другая сторона - лишенным всякой веры, недостойным петь на клиросе. Надо слишком хорошо знать мое творчество, чтобы охватить всю мою действительно сложную натуру. После хорошей службы я могу, охваченный восторгом, написать самый светлый цикл в своем творчестве "Моральная помощь певчему", а столкнувшись с деструктивным фанатизмом, написать что-то вроде "Слово против слишком правильных певчих". Наверное, чтобы понять меня, надо быть знакомым не с парой моих статей, а с большинством. Хотя и понимаю, что это сложно, их же больше сотни.

- А каким качеством должен обладать хороший певчий?
- Музыкальными данными и высокой психологической устойчивостью. Клирос - сложное место, сложное психологически. Музыкальное творчество само по себе более чем серьезно нагружает нервную систему. Добавьте сюда обычные межличностные терки и возможное влияние темных сил и вы получите довольно "горячую" в плане давления на психику атмосферу. Недаром клирос частенько называют "передовой" в храме. Ведь хороший хор является сильным проповедником славы Господа. Сердца людей зажигаются на славословие. Не будет же враг просто стоять и смотреть.

- Должен ли певчий быть верующим?
- Сложнейший вопрос. Верующие протестанты поют рок под гитару. Верующие экстремисты взрывают людей. Верующие католики резали гугенотов. Грани веры многолики. Можно было бы уточнить "верующий православный". Я бы задал вопрос "Как Иван Грозный"? Он был верующий православный. Я бы сильно сузил критерий, и предложил формулировку "В идеале (в идеале!) на клиросе должны петь те, кто любит Господа и людей (людей!) настолько, что хочет отдать им свое сердце через прекрасное (прекрасное!) пение". Вот это был бы ответ в точку. Некто любит Бога настолько, что хочет Ему петь, но при этом чуток настолько, что не будет оскорблять ни Бога, ни предстоящих в храме жалким мяуканьем и будет стремиться к ангельскому, прекрасному пению. То есть, кто трезво оценивает себя и не будет приносить к иконе протухший завядший букет, и не будет издавать звуков, от которых уши прихожан будут страдать. Но все это в идеале. И где его найти, этот идеал? О нем можно только мечтать. Вот я в своем творчестве часто размышляю об идеале, понимая, что его не удастся достичь. Поэтому мое творчество - во многом озвученная вслух мечта.

- Кстати, о творчестве. Тяжело пишется?
- Нет. Когда пишется, то пишется легко. Бывают периоды, когда и писать не хочется. Но я тогда и не пишу, отдыхаю, как не засеянная пашня. Это весьма спонтанный процесс.

- Как вообще родился "ПроКлирос"?
- Легко. Движок у меня уже был, он создавался для другого проекта. Я написал пару статей для своей страницы "Вконтакте". Увидел, что люди читают... Я с интересом начал читать/изучать чужие блоги про клиросное служение. Оказалось, что их можно пересчитать по пальцам одной руки и материалов там - немного. И еще меньше психологического анализа служения певчих. Мне показалась интересной миссия выпустить большой цикл статей, посвященных именно психологии певчего. Я создал сайт, назвал его LiveRiver (живая река). Это уже потом мне пришло в голову, что рядовому певчему это название не понятно. И тогда я пошел на сложный шаг - полностью сменил домен и название сайта на "Про Клирос". Новое название прижились и оказалось удачным. В самом деле, хочешь читать про клирос - читай ProKliros.ru

- Чего ожидаете от сайта?
- Пользы певчим. Чтобы читатели, осилившие сайт, сказали "даа... я, оказывается, многое про клиросное служение и не знал, а теперь лучше понимаю и смысл служения и своих коллег". Чтобы на клиросе хоть на пару грамм, но стало больше мира. Чтобы певчие хотя бы двух-трех клиросах сумели создать по-настоящему семейный теплый клирос. И совсем уж сверх-мечта, это чтобы по моем преставлении нашлась добрая душа, которая от сердца написала бы записочку за помин... Был, мол, такой Дмитрий Сиверс, которому было не все равно до того, что у певчих на сердце... Помяни его, Господи и помилуй.

- Что цените в людях?
- Очень сложный вопрос. Я люблю, когда меня обнимают. Я люблю, когда мои коллеги выкладываются на 150%. Я и сам люблю кого-нибудь обнять после службы и выложиться на 150%. Наверное, я ценю теплых, добрых людей, способных на большую самоотдачу в служении Богу. С которыми можно жизнь прожить и не устать. Опять же, я не идеализирую людей. Если вдруг Бог приведет выдающегося профессионала со сложным характером на клирос и этот профессионал будет реально делать службу лучше, я приложу гору усилий, чтобы жить с ним в мире. Потому что я очень ценю результат. Но я ценю и огонь романтики в душе собрата. Эдакую изюминку, дающую ощущение, что у этого человека есть глубина, тайна. Опять же, грани совершенства многолики. Встреть я человека, талантливо рассказывающего таинственные истории, я бы совершенно искренне добавил в свой список ценимого в людях и такой талант. Пока я опытным путем выяснил, что ничего нет лучше внутренней теплоты человека в сочетании с приемлемым уровнем профессионализма.

- Какая у вас мечта?
- О, она проста. Спеть (и хорошо, блестяще спеть) литургию, и умереть. Чтобы уста еще не успели остыть от славословия Богу. Когда сердце еще полно жаркого огня... Умереть на пике певческого служения, и быть призванным как выполнивший свой долг. Что же, надеюсь, Господь знают мечту моего сердца...

- Спасибо за ответы, Дмитрий!
- Вам спасибо за интерес ))

Соборная молитва по соглашению "Доброуст". Поссорились с регентом/настоятелем? Помирим!