Регент
Регент - это начальник церковного хора. А характер начальника - тема интересная, не так ли? Вот и поговорим об интересном. Вообще, я уже писал о том, каким вообще должен быть церковный регент. Но в той статье не была затронута тема скверного характера регентов, и текущая статья призвана исправить это упущение.

Мне повезло. Регент нашего храма, под руководством которого я сейчас пытаюсь издавать певческие звуки, учился не абы у кого, а у самого Матфея Мормыля! Это поистине уникальный опыт пения и обучения у столь же уникального регента. Да что скупиться на слова! Алфавит не будет протестовать, если мы назовем о. Матфея самым известным регентом второй половины 20-го века!

Матфей Мормыль



Мы еще вернемся к этому легендарному человеку, а пока я, как водится, слегка подведу дорогих читателей к главной мысли статьи. И начну, как и положено страдающему бешенством пера клирошанину с жалобных воплей.

Наверное, не найдется такого певчего, которого бы ни разу не обидел регент. Если Вы читаете эту статью и поете на клиросе долгие годы, и ни разу не обиделись на регента - можно ли мне прислать домой частичку вашей одежды? Я верю, что смогу одним прикосновением исцелиться от многих болезней, а ваша тень, как у апостола Петра, будет исцелять больных и изгонять бесов. Ибо вы воистину святы...

Я обижался на регентов не счесть сколько раз. Я уходил из-за обиды на регентов с клироса. Я даже писал один раз на своего регента докладную ректору ВУЗа! У меня есть полный ассортимент разнообразных обид - от сочных, как тухлый персик в лицо оскорблений, до ударов по ребрам. Я даже слышал, как регенты проклинают певчих, желая гибели "и детям и всему роду". Это кажется убийственным, шокирующим...но ведь было.

А теперь мне хочется дать всему этому оценку. И возможно, даже выступить примирителем певчих и регентов. Ибо я не так давно обрел опыт регентства (причем помимо моей воли) и некий острый опыт теперь брызжет из меня, как лимонный сок на хорошо прожаренный шашлычок. Что ж, опыт делает нашу жизнь острее и грех не воспользоваться этой пикантной приправой.

Хочу быть регентом...

Говорят эти слова самые разные люди. Я часто слышал их от милых, добрых, прекрасных душой и телом молоденьких православных девушек, чья красота была подобна букету полевых ромашек. Я слышал эти слова от звероподобных мужей, чей внешний вид заставил бы обзавидоваться прожженных рокеров. Меня всегда искренне удивляло, как столь разные по виду, характеру, и намерениям люди могут желать одного и того же?

Я всегда задавался одним вопросом...Который трудно даже описать одной фразой. Вот юная ласточка в белом платочке с розовыми ямочками на щечках хочет быть регентом. Определенно, она видит себя Марией, с тихим уютным восторгом устроившаяся у ног Христа и жадно внимающая каждому слову и жаждущая тоже что-то эдакое сказать в ответ. Нежно розовое и чистое.


Но что думает при мысли о регентстве ярый "рокер"? Неужели и у него в груди при мысли о регентстве расцветает нежным рассветом японская сакура и от нежности ко Христу и идее служения ему же слегка перехватывает дыхание? И если ответ "да, в любом искреннем сердце живет желание сделать службу лучше и угодить Богу", мы плавно подходим к другому столь же важному вопросу "тогда как так получается, что и юный цветок и старый рокер в итоге становятся жесткими, зачастую очень авторитарными руководителями, чей внешний вид (а иногда и внутренний мир) очень даже соответствуют работникам НКВД?

Через какое-же горнило испытаний проходят эти люди, если ковер из розовых лепестков плавно мутирует и превращается в минное поле, на котором неопытный клирошанин может подорваться, потеряв в процессе руку или ногу...

Да, я знаю. Я играю с огнем. Ведь мою статью читают в том числе и регенты. И мое ковыряние в их чувствах может весьма напоминать попытку ковырнуть что-то эдакое и блестящее в конструкции атомного реактора. Процесс весьма затейлив и по своему безрассудно весел, пока над полями не повисает радиоактивное облако. Что ж, в нашем случае роль облака выполнит неиллюзорный гнев регентов всех мастей, что прочитают сей опус, но ведь цель статьи - примирить обе стороны, а для этого мне волей-неволей просто нужно взглянуть на ситуацию глазами обеих сторон. И то, что я начал с наиболее массовой стороны (рядовых певчих) - не более чем случайность. Выданные литературной музой карты так легли.

Но мы продолжим...

Остановившись на скороспелом выводе, что юный подосиновик под радиоактивным облучением клиросного горнила рано или поздно становится грибовидным облаком.

Путь до регента...

Чтобы оценить фокус, надо внимательно зреть в корень, то есть, следить за руками фокусника. Где роль оного выполняет мачеха-судьба. Любая девушка, которая хочет регентовать, редко когда понимает, с какими трудностями она столкнется в этом процессе. О трудностях хотелось бы поговорить более плотно...

На клиросе во весь рост встает проблема под моим индивидуальным названием "Хитрое тщеславие".

Каждый человек по своему тщеславен. Мы пока не мертвы, не прошли через процедуру частного суда. И определенно не обрели святость. Вообще, мой опыт работы на клиросе показывает - клирошане воистину воины, ибо все, как побывавшие в сабельной рубке казаки, покрыты рублено-рваными шрамами. Я писал об этом, но мне трудно это не повторить, ибо мне пока не довелось видеть святых на клиросе. Полным сочувствия сердцем я говорю - мы берем на себя крест быть нервными, вечно перегруженными и не очень то милыми. Ради умилительной молитвы других.

Данный абзац не даром озаглавлен выражением "хитрое тщеславие". Все певчие хотят признания и позитивного подкрепления. Все хотят и похвалы и высокого статуса и осознания своей ведущей роли на маленьком клиросом кораблике. Вот только регент - один. А вокруг него толпа людей со своими маленьким тщеславными тайнами. И хотя мы все друг другу иногда искренне, а иногда вымученно улыбаемся, у нас у всех (обязательно!) есть тайные мечты...


Кто-то видит регентом себя, кто-то очень хочет руководить, но боится ответственности. И включается в подпольную работу, как и положено шпионам - хитрое тщеславие. Как часто мы, завидуя регенту и его статусу, начинаем ему перечить? Или делать странные комментарии отнюдь не поддерживающего свойства? Или даже просто излучать что-то эдакое...недоброжелательное.

Юный регент-цветочек, поставленный настоятелем или архиереем руководить хором вдруг (с огромным для себя удивлением) обнаруживает, что между ней и толпой таких же цветочков вдруг вырастает поблескивающая инеем отчуждения стеночка. Былая подруга почему-то общается холодновато и вообще ведет себя странно. А певчие так реагируют на каждое твое слово, будто ты произносишь обвинительную прокурорскую речь на важном процессе.

Все просто. Что есть деньги? Это смазка межличностных отношений. Хорошие деньги примиряют людей с недостатками друг друга. Но клирос - не место генерации больших денег. И далеко не всегда мы испытываем духовную радость и жажду служить Христу. И выползают на свет Божий все те наши сокровенные желания, которые просыпаются тогда, когда нет иных подкреплений в виде денег либо власти.

Мы - хотим славы, бедные тщеславные люди. Мы - хотим признания. А регент - отнюдь не батарейка, излучающая в пространство энергию признания. Не каждому регенту достанет сил и времени хвалить после каждого чиха своего певчего, тем паче сосед все-равно обидится "он низит и вступает на втором такте, почему похвалили его, а не меня".

И рано или поздно регент, которую как клопы под ковром, покусывают тайные мечты остальных клирошан начинает робко так, а потом все громче и громче тявкать в ответ. Что же удивляться, что от частого употребления челюстных мышц, лик регента превращается в хорошую такую пасть как у бультерьера. Или даже вернее - вожака волчьей стаи.

Логика волчьей стаи...

Певчие тоже охотятся, только предметом их охоты является не свежая оленина, а красивое исполнение как отдельного произведения, так и в целом службы. Как и в волчьей охоте, необыкновенно важна командная работа. Если стая будет работать плохо, на ужин будет разве что кусок мокрого снега вместо теплого парного мяса.

В пении так же...Если не все выкладываются на всю катушку, а поют, уткнувшись в сотовый телефон, или не столько поют, сколько мяукают, у регента, как у вожака стаи есть только один вариант действия - грозно рыкнуть на аутсайдеров, возможно, даже потаскав отличников лени за загривок. И пусть в мире людей процесс выглядит мягче, резкий окрик или грозная речь иногда служат хорошим отрезвляющим и стимулирующим фактором перед славной охотой на Всенощном бдении.

Щенку-волчонку будет очень непросто своим нежным парным дыханием и вялым потявкиванием заставить встать матерых волков в боевую стойку и ринуться за добычей. На это способен лишь матерый вожак, закаленный в клиросных боях и вызывающий опаску даже своей характерной улыбкой удава Каа...

Притом что волчий вожак, как ни крути, априори свободен от ответственности и отвечает за упущенную добычу лишь перед своим урчащим желудком. Регент же упущенной в процессе охоты нотой может вызвать дух самого Зевса, вселив его в настоятеля. А поскольку хоть процесс пения и коллективный, а молнией по загривку придется получать от "Зевса" конкретно регенту.

Вот и выходит, что поработав регентом пару лет новичок, с удивлением сравнивая себя со старыми фото, может не узнать в звероподобном выражении собственного лица себя старого. О да, не смотря на то, что почти каждый более-менее воцерковленный певчий мечтает стать регентом, мало кто до конца понимает, на какие жертвы идут люди этой должности и кем им приходиться быть в процессе работы, чтобы пение хоть как-то сдвинулось с мертвой точки.

Я не даром начал статью с анонса о том, что наш текущий регент учился у самого Матфея Мормыля. И потому знает, как вел службы и спевки легенда регентского дела конца 20-го века. Я наслушался историй, как плохо поющий семинарист мог просто вылететь в окно аудитории или с клироса. Меня ввергли в оторопь некоторые методы разучивания материала.

Вот идете вы по территории Лавры, весь такой в умильных мыслях и тихой молитве. И вдруг с отчаянным воплем в окно вылетает отнюдь не худенький семинарист, и кубарем катится по дорожке, издавая в процессе совсем не смиренные звуки. Вот какие будут у вас мысли? Парнишку нашли кредиторы? Напали бандиты? А это всего лишь рядовая спевка и тенор отправился в "полет" - учить партию ))


Представьте себе, что идет спевка, и вас - дрожащего паренька или молоденькую девчушку вызывает о. Матфей к себе на ковер перед всем хором. Скорее всего, он расслышал в общем семинарском могучем рыке вашу неверно выведенную мелодию. И вот вы перед всем хором семинаристов начинаете ему сдавать партию, или пропевать сложный участок. Один раз спели, другой...уже идет второй десяток. Вам уже дурно. Хор пыхтит, дуется и злится, всем скучно (ведь работа идет только с вами). Но о. Матфею не привыкать. Могучий окрик и процесс продолжается.

Уж казалось бы. Монах-регент. Это должно быть само смирение. "Ага, щаззз..." Держите карман шире. Это был могучий саблезубый волк, создавший из неотесанной своры могучую, работающую как один организм стаю. Ибо иначе он не стал бы легендой. Ибо иначе вся эта разношерстная свора искусала и оставила бы помирать на молодом снегу оказавшегося слишком слабым вожака, выбрав себе другого. Покрепче духом.

И что в сухом остатке?

Чтобы не превращать скромную статью в могучий богатырский эпос (или передачу "в мире животных"), постараюсь сделать сухую выжимку. Если вы, дорогой читатель, стали бы когда-нибудь регентом (или вы уже регент) - вы бы быстро поняли, что ваш характер начинает сначала малозаметно, а потом все заметнее и заметнее меняться. И отнюдь не в сторону умягчения сердца. Все более отрастающие саблезубые клыки начинают ощутимо упираться в подушку во время сна. И это - нормальный атрибут вашего профессионального роста (а вовсе не камертон в руке).

Главное в этом процессе - не утратить человечность. Ведь о. Матфея Мормыля любили! Боялись, но и любили. Люди все-же не волки и способны чувствовать и заботу, и любовь. Да и я весьма щедро разродился словесами про то, каким должен быть регент для своего хориста. Иногда - строгим отцом. Иногда - любящей матерью. А иногда - бескомпромиссным начальником.

Мне хочется упасть на колени и тихо и трепетно поцеловать следы тех регентов, которые в процессе своей работы не скатились в озлобленность, а сохранили истинно человеческое лицо и сумели твердость в рабочих методах совместить с любящим и заботливым сердцем. Таким людям мне хочется сказать - Вы воистину люди. И вы - подлинные офицеры воинства небесного Царя. "Аве, Цезарь..." (с)

Соборная молитва по соглашению "Доброуст". Поссорились с регентом/настоятелем? Помирим!